О пользе уважения к Истории

(Спецоперация на Украине 2022: смыслы, значения, перспективы. Версия)

 

Анатолий Казарновский

 

 

Дух Великой Отечественной
витает над нами.


 

Четыре определения 1. Националист - тот, кто желает блага своему народу и пытается его достичь, используя творческие силы своего же народа. 2. Нацист - тот, кто хочет и делает то же самое, но за счёт ресурсов других народов. 3. Фашизм - тоталитарный общественный строй с идеологией нацизма. 4. Война, конечно, зло. Пропаганда есть один из способов рационализации зла.
Определения получены в ходе работы над темой "Уроки Холокоста". Я буду их придерживаться, и вас приглашаю. Я не считаю их "самыми правильными", утверждаю другое: какие бы исходные положения вы не выдвигали, вы обязаны объяснять значения употребляемых вами слов. Даже не понятий, а просто значения слов, что вы употребляете. Невыполнение этого условия может приводить к несчастным случаям.

Вот Верховный Главнокомандующий даёт отмашку начать Спецоперацию в Украине. Чтобы соблюсти лицо, ему нужно указать миру на "законные основания" вторжения в другую страну. Он не находит никаких правдоподобных, вменяемых поводов. Тут он вспоминает известное явление: пипл хават всё. И вот повод готов: Спецоперация проводится против нацистов (националистов, фашистов). Он знает, что слово "нацист" вызывает у всякого бывшего жителя СССР (и не только) минимум - настороженность: "нацист" - синоним "убийца". Поэтому "вопросов на уточнение" не будет.
Из нашего поколения очень мало осталось тех, кто своими глазами видел нациста или выжил, испытав на себе дело рук настоящих нацистов. Для остального ТВ- большинства это слово довольно абстрактно, теоретически означает максимальное зло, а практически употребляется как сильное ругательство. Эти обстоятельства благоприятны для некритичного втирания людоедских идей, и не составляет большого труда внушить молодёжи, что украинец - это нацист, существо с рогами и копытами (есть замечательный опыт Геббельса: комбинация "жидобольшевик", очень помогла немецким нацистам в расчеловечивании как евреев, так и большевиков всех национальностей). Главнокомандующий благоразумно не сказал, что надо делать с нацистом, он полагался на народное твоорчество - мы-то знаем: увидишь нациста - убей его, пока он тебя не убил... Но как отличить нациста от ненациста, не прибегая к натурному эксперименту? В Отечественной войне 41-45 (как и про оккупанта в Отечественной 1812 года) такой вопрос возникнуть не мог. Главнокомандующий и тут положился на народное творчество, и не прогадал. И вот уже ТВ-пропагандисты за круглым столом дают массам урок: нацист - это тот, кто на своём теле рисует нацистские символы и марширует по городу с портретами других нацистов(!?). А также стреляет не только в российских солдат, пришедших его успокоить навеки и разрушить его страну, но во все стороны, и сваливает на противника убийства мирного населения. И вообще, чтобы не морочить себе и без того слабую головку, лучше поступать, как наш Главнокомандующий: считать, что любой украинец - нацист, а кто такие нацисты - "все знают", они хуже уголовников. Главное, чтоб было "просто", иначе "народ не поймёт". С таким интеллектуальным багажом просто воевать: вопрос "Зачем?" не возникает, не надо задумываться, всегда "внутри всё ясно и вокруг." Во всяком случае, не прогадаешь, в какое отделение кого тащить - большего от тебя не требуется. "Подозрительных людей" всегда хватает. И патронов хватит ещё на десять Бучей.

Эта наколка дальше развивается специалистами, и мы уже слышим, что Спецоперация - это "священная война", "отечественная война". Опять это странное и опасное употребление слов. В 41-45 гг эти слова означали, что наше дело правое: мы защищаем от агрессрора свой дом, свои семьи.  Как это получается, что сегодня те же святые слова применяются не к тем, кто защищает свой дом, а к тем, кто пришел этот  дом разрушить... (Мне, кто видел и испытал на себе ту войну, мерзко  и стыдно слышать о "священных и отечественных захватах" чужих террторий, "священных убийствах и мародёрстве").  Если вы согласны с Верховным, что украинец - это нацист, почему бы не согласиться с тем, что святотатство и лицемерие  тоже законно? Хотя надо бы разобраться с нашим ТВ: науськивание одного народа на другой - это нацизм или патриотизм? А может, просто, без идиотских дефиниций, - преступление против человечности?

* * *

Сам по себе национализм - полезная для строительства государства идеология, все страны его проходили в своё время. Украинцы задержались. Чтобы не отстать от модерна и податься в процветающие страны, они решили ускорить Исторический Процесс. Это всегда чревато проблемами. Так и на этот раз.

Был шанс сделать это безболезненно после соответствующей интеллектуальной подготовки, но украинская элита оказалась бесплодной, коррумпированной, развращённой «эпохой януковичей». И ничего, кроме силовых действий, придумать не смогла. Но она не беспокоилась: это было в традициях византизма. Её идиотизм проявился в придании идее «єдиної вільної соборної України» статуса Сверхценной, хотя история показывает, что преобразовать несколько моноэтнических стран в одну полиэтническую полезно и даже не очень сложно (много было разных империй), но обратное преобразование часто бессмысленно (нереалистично) и невозможно (нереализуемо) без рек крови и разрухи хозяйства. Дело в том, что объединение разнородного увеличивает потенциальные ресурсы развития (правда, ещё надо уметь их использовать), а превращение полиэтнической страны (каковой исторически была и сегодня остаётся Украина) в унитарную ("все, как один") уничтожает эти ресурсы (зато уметь ничего не надо - всё падёт на голову само собой).
Вот оно и упало: есть много вещей, которые никакими законами и силами отменить невозможно потому, что они стали основаниями идентификации и самоопределения больших групп людей. К таким относятся: родной язык, религия, а также памятные даты (вроде 28 апреля, 4 мая, 9 мая, 14 мая,...), и много, много других символов... В них оживает для нас историческая память, удостоверяя, что мы - народ, а не куча навоза, что каждый из нас  - личность, не быдло. Тот, кто пытается отменить эти вещи, эти даты, разрушает народ и личность и должен быть готов либо уносить ноги, либо ... уничтожать этих людей. Если это понятно, идём дальше.

Преступления в 2014 г в Одессе и попытка силой украинизировать русскоязычный Донбасс (вот ответ населения Луганской области в опросе на тему «Хотите ли вы вернуться в Украину?»: «После того, что они сделали, ни за что!») стали триггером для России, но не для Украины. Украинская элита получила то, что планировала. Надо было понять этот результат как исторический урок и задуматься. Оказалось, нечем. А Россия поняла, что это геноцид и пора его остановить.

Это только первая история - современная. Есть и вторая. И сегодня мы переживаем "эффект схождения двух историй".
Вторая история - давняя, напомню её. В 1054 году (если не ошибаюсь) произошёл «Великий раскол»: Христианская церковь официально разделилась на Византийскую (Православную, или Восточную) и Римскую (Католическую, или Западную). Вообще-то они начали бодаться ещё за два века до того. И довели эту забаву до официального разрыва. Причиной раскола одна сторона объявляла «неистинные» интерпретации Святого писания и процедур Служения другой стороны.
На самом деле, обе стороны конкурировали в прозаических целях: расширения власти и распространения своего влияния на новые территории.

Князь Владимир стал жертвой их раздоров, когда выбрал для Руси Православную (Греческую) интерпретацию Святого Писания, потому что в нагрузку Русь получила Византийскую культуру… Но кто мог предвидеть на тысячу лет вперёд…
Это была культура, замечательная своими базовыми идеологемами:

Эти особенности византийства привели к тому, что в культуре Руси нормализовались деспотизм, ложь, насилие, произвол, агрессия, "синдром осаждённой крепости", милитаризация, неуважение к личности, а "цена человеческой жизни" устремилась к нулю. Приоритет формы над содержанием и приоритет традиции над конкретной ситуацией выражались в принятии государственных решений "по усмотрению" (параллельно с существованием законодательства!), что пагубно сказывалось на качестве государственного управления и провоцировало коррупцию деятельности. Конечно, время было такое, и другие страны в этом отношении тоже выглядели не ангелами, но Византия была абсолютным чемпионом. И это в то время, когда Римская культура уже знала, что такое «личность».
Деспотизм на всех уровнях византийского государства, начиная с "божестввенного венценосца" и до последнего чиновника приводил к гражданским войнам, традиционно отличавшихся особой жестокостью. В разговоре с поддаными власть признавала только один язык - устрашения и неограниченной силы. Описывая эту сторону византийской жизни, историки обычно выделяют периоды царствования императора Фоки (602-610 гг) и Юстиниана II (685 г), когда преследование возмущённых произволом подданых и массовые казни превысили все пределы. Однако случаи, когда деспоты кончали естественной смертью, тоже были редки (один из таких редких случаев произошел, когда свергли того же Юстиниана II, его "только" изувечили, но не убили).

Вам, конечно, знаком приведенный вышне список идеологем – он сегодня такой, как и в прошлом. Он не случайный, он продуман. Устойчивость обеспечивается его логической структурой: действия в соотвествии с одними идеологемами блокируют изменения (или поддерживают неизменность) других идеологем. Поэтому он сохранился до наших дней в полном составе, как скала в бушующем океане. [К примеру. Пока, жизнь в осаждённой крепости, в постоянной готовности (пусть даже на словах) отражать нападения внешнего врага будет считаться нормой, любая аппеляция к правам человека, свободе прессы, свободе обмена информацией  и к другим свободам справедливо будут расцениваться как "измена Родине" и пресекаться. Эта политика поддерживается и навечно закрепляется требованием "соблюдать традиции", что, в свою очередь, укрепляет моральный автортет власти. А чем выше авторитет власти, тем больше у неё возможностей милитаризировать страну. Круг замкнулся. Как видите, никакого произвола, всё по логике и она непререкаема. Значит, выступления типа "навального" - заранее провальные, борьба с ветряными мельницами, они не о том и не туда. А куда "туда?". Подумайте.].

Вот ещё описание византийских нравов в эпоху царствования Андроника Комнина (1118 - 1185):
"Царь хотел найти поддержку своему террору и созвал совещание преданных ему сановников. Он встретил тут полное сочувствие. Надо стереть с лица земли, кричали члены совещания, всех людей, которые содержаться в тюрьмах, отправлены в ссылку и всех их приверженцев и родственников. На скорую руку изготовили указ, начинавшийся такими словами: "По внушению Божию, а не по повелению державного и святого царя и самодержца нашего, объявляем, что для блага госудаства необходимо совершенно уничтожить тех дерзких крамольников, которые сидят в тюрьмах или сосланы, равно как захватить и казнить всех их приверженцев и родственников".
Знакомая нам красноречивая картинка государственного лицемерия: "По внушению Божию.....для блага государства"....А Царь в сторонке, в непричастности...

Духовная власть не отставала от светской: "Византия не знала политического либерализма в современном смысле слова, но ей не были чужды богословские либеральнве течения. Господствующая церковь называла их ересью. Патриархи не допускали свободного истолкования догматов, они не терпели отступления от обрядов. Церковь не считала возможным ограничиваться своими средствами, довольствоваться анафемовствованием. Она прибегала за содействием к светскому мечу".

Некоторые наши современники гордятся тем, что в Византии процветала демократия. Такое слово там употреблялось, но на деле всё было иначе: "... Предполагалось, что царь избирается сенатом и народом. Но сенат превратился в пустой звук, и если это слово ещё употреблялось византийцами, то по старой привычке, шедшей от Рима, под ним разумели не учреждение, давно упразднённое, а совокупность сановников, которых царь мог приглашать на совещание. Народ же не имел никакой организации, и правильных выборов происходить не могло".
[Все цитаты из П.В.Безобразов. Очерки византийской культуры]

Вот такой "образец для подражания" в подарок получила Русь.

"...в истории российской социально-философской и политической мысли византизм служил, прежде всего, в качестве мощной идеологии, национального мифа, убежденность в объективности существования которого на протяжении трех столетий направляла внешнюю политику России и определяла ее общественное мнение. Вера в судьбоносное значение византийского влияния для судеб Русского государства, в мировую миссию России, в Святую Русь совершенно вытеснила анализ реального положения дел в их фактической, исторической перспективе" [Феномен «византизма» и его восприятие в России и на Западе]. Мне кажется, автор ошибся лишь в одном: говорил о византизме в прошедшем времени. Вот такая культура и стала основанием «Русского Духа».

Я сильно упростил ситуацию, надеюсь, не в ущерб пониманию…

История тем временем продолжалась. И вот был сделан решительный шаг: Пётр Великий предложил альтернатиау, из окна в Европу потекла в Русь европейская (в прошлом Римская, Западная) культура и вопрос о сосуществовании византийства и европейства в одном сознании стал актуальным.

С тех пор Россия испытала и продолжает испытывать влияние культур практически всех европейских и неевропейских стран, это помогает поддерживать некий уровень жизни в сегодняшнем недетерминированном мире, но не затрагивает глубинных, сокровенных оснований, где сохраняется, живёт и по-прежнему влияет на организацию жизни византийность, как "скала в бушующем море", она никуда не делась. Это та глубинность, которая актуализируется в экстремальных ситуациях.

В последующие времена "Вопрос о сосуществовании" провоцировал длительные интеллектуальные занятия на тему: является ли Россия Европейской страной или Византийской, или - в блоковской и современной интерпретации – скифской, восточной, варварской. (Блоковские скифы, конечно, были варварами, но не профессиональными деспотами и агрессорами). Имена участников этого движения нам знакомы (начиная с П.Я. Чаадаева). Также вспомнил Тютчева и попутно могу предположить, что Россию нет необходимости "понимать умом" и с чем-то/кем-то соизмерять. Россия, она же «Русская идея» - это способ сосуществования вышеупомянутых двух идей (просто по очевидному факту).

Каждая из двух идей сама по себе работала на пользу России. Но их реализации существовали в отношениях конкуренции. Мои познания в этой теме не глубоки и, возможно, я ошибаюсь, считая, что никто не предпринимал попыток заменить их на отношения сотрудничества, взаимной поддержки. Для такой операции требуется не приверженность той или иной идее, а определённая широта мышления. Пока идеи существовали в дискурсах, их взаимодействия не выходили за рамки, принятые в приличном обществе (без мордобоя), но в деятельной жизни то одну, то другую идею время от времени докрасна расчёсывала политика, что приводило - независимо от режима! - к "прямым решительным действиям руками": государственным переворотам, бунтам, революциям, войнам, а теперь вот к «денацификации и демилитаризации». Эти "качели идей" подрывали хозяйство страны и отбрасывали её в прошлое. Но самым ужасным была гибель в этом хаосе людей, прежде всего, талантливых, деловых, перспективных и институтов их подготовки. Это не те потери, о которых, как говорит молва, не беспокоился маршал Г.К Жуков ("Бабы ещё нарожают"), эти потери были невосполнимы, поскольку повторяемость периодов хаоса приводила к своеобразному "неестественному отбору", постепенно ухудшавшему "качество народа".

Византийская культура принципиально не содержала представлений о Мире, в котором возможно много истин, так что компромисс был исключён, и длительность очередного обострения, как и его результат, определялась ресурсными возможностями сторон. Русский Мир был миром вечным, как природа, повторяющимся, как колесо, и неизменным, как скала. То, что попадало в него, перерабатывалось и использовалось как строительный материал для сохранения "законов природы", увеличения числа колёс и размеров скалы. Конечно, в этом мире происходили и новые события, они были следствиями действия тех же "законов природы", но в новых условиях, которые предлагал внешний Мир. Сегодня идейные споры непопулярны (может, оттого, что их некому вести: одни уже далече, другие  потеряли голос, третьи подались в пропагандисты), и ситуация перешла (как и полагается в Византии) в горячую фазу «прямых действий» - взаимного уничтожения (уже иностранцы мусолят тезис о том, что судьба Украины и России может быть решена "только на поле боя"). Каждая идея возомнила, что она достаточно сильна, чтобы стать гегемоном: несмотря ни на какие прогрессы, в 22 веке всё так же считатся, что "истина - одна" (это наследство натуралистического типа мышления), что "гегемон" - это сверкающий идеал "единства Единого", да и "политика" (в макиавеллиевском значении) тоже не сдаётся. "Диалог" закончился, наступила фаза ближнего боя. [В детстве я был довольно сильным ребенком и обижал других, более слабых, детей. Мне это нравилось, пока кто-то не сказал мне: "Ты - Сила есть - ума не надо". Это меня притормозило, но не потому, что я что-то понял, а потому что ничего не понял, но почувствовал, что это не похвала. Понимание пришло много позже. Всё же пришло].

Очевидно, дело в дефекте понимании "поля боя" как "места выяснения отношений способом взаимных убийств". Так, по крайней мере, принято в институтах, имеющих прямое отношение к возникающим здесь ситуациям - политике и дипломатии. Стало быть, если мы намерены избавиться от проклятия войн, надо обратить внимание на картины мира, способы и средства работы с ними, подходы, категори, понятия, типы мышления и прочее интеллектуальное обеспечение в этих институтах и реформировать их или, если это окажется невозможным (что скорее всего: они вполне византийские - там такие традиции!), заменить новыми институтами. Одновременно прекратить тратить время и силы на лекции о любви к ближнему и прочих заповедях: в Теме прекращения войн они оказались недейственны: они лишь утешают и ничего не меняют, но рождают иллюзии.

Это всё дела российские, при чём здесь Украина?

При том, что, во-первых, Украина - часть Русского Мира – исторически, политически, ментально, культурно. Если не верите, вот небольшой штрих, говорящий в пользу того,что украинцы и русские - по характеру своих действий и традициям один народ

в Украине византизма не меньше, чем в России, и сегодня, когда в Украине могут стрелять с неожиданной стороны и территория покрыта сетью подвижных российских и украинских блок-постов, простому человеку, чтобы добраться из точки А в точку Б, чьи бы эти точки ни были в данный момент, нужно быть миллионером. Несмотря на экстремальность ситуации, военнослужащие на блок-постах, не забывают принимать пожертвования только в евро. Идеи добра и справедливости, которые они утверждают в Спецоперации и сопротивлении, не мешают заботиться о своём личном Будущем одними и теми способами - византийскими.

Во-вторых, двум государство- и общественно- образующим идеям нужен был плацдарм для выяснения отношений. А поскольку в ментальных основаниях преобладает византизм, выяснять следовало приличествующими ему способами - силовыми. С другой стороны, все понимали неизбежный роковой ущерб от такой тотальной «гражданской Спецоперации»: чем бы она не закончилась, силы страны были бы истощены, и страна стала бы лёгкой добычей хищной Америки, таинственного Китая, прагматичной Европы и далее, кого угодно.
По этим соображениям выяснять отношения надо было где-то на стороне, не подвергая разрухе свою любимую страну. То есть, за счёт других.

Тут и подвернулась Украина, которая после разгула януковичей опомнилась от обморока и решила, наконец, раз и навсегда избавиться от византийства. Украину надо было успокоить, поскольку её успехи ставили бы под сомнение (на радость растлённому Западу) саму двухидейную сущность России. Но на это ещё можно было бы закрыть глаза, если бы желание "братского (а по сути, - части русского) народа" автоматически не вело к солидарности Украины с недружественными России невизантийскими странами. Что, несомненно, представляло бы для России серьёзную угрозу. И началось невообразимое и несуразное - не Спецоперация в Украине и не война с Украиной, а "разрешение силовыми методами идеологического конфликта в России ... на территории Украины". Конфликт не России с Украиной, а России с Россией. Или "война без войны".
Термин "Спецоперация" - уж слишком необычный и непривычный, зато византийский, поскольку призван дезориентировать клиента путём сокрытия в неопределённости формы непотребного содержания.
Возможно, история пошла бы иначе, будь украинская элита более ответственной и вменяемой...

А теперь давайте подумаем, что всё это значит:

В заключение полезно ознакомиться со стихотворением немецкого автора, написанным около 80 лет тому назад: оно о Германском счастье и точно попадает в нашу ситуацию: Но, к счастью, мы побеждены - у византизма много лиц, он не признаёт границ, распространяется, подобно вирусу, но во много раз опаснее.

Заметьте, уважаемый читатель, сущность ситуации мы обсуждали, разворачивая отношения двух исторических идей, и обошлись без Байдена, Путина, АК-47, ВКС, ВСУ, санкций, отключений газа, угроз Европе простудиться этой зимой, заявлений министров иностранных дел всех стран, всех генсекретарей ООН и прочих погодных условий. Это - необязательные, случайные обстоятельства. Могли бы быть и другие. Они придают ситуации цвет и запах, но сущности не определяют. Дело не в них.
Впрочем, при желании всё это можно добавить в общий компот – дарю пропагандистам, как византийский рецепт отвлечения общественного мнения от сущности ситуации (византийский потому, что он есть форма без содержания, но создаёт занавеску, за которой можно безнаказанно душить друг друга).

P.S. Интересно сравнить отношения церквей к Спецоперации. Католические священники Литвы и Латвии молятся за скорейшее прекращение Спецоперации. Они проповедуют: обязанность христианина - "защищать свою Родину" и "сеять мир вокруг нас". Священники православные молятся за "победу русского оружия"... Религия используется тоже как плацдарм выяснения отношений Рима и Византии. Хотя могла бы подать пример понимания того, что сегодня уже не X век...

Вы не знаете, сколько мирных граждан, простите, националистов-нацистов, запросто так, ни за что сегодня погибли в Мариуполе?
А когда читаю о геройски павших в Спецоперации российских воинах, отдаю им честь и слышу голос Вертинского: Я не знаю, зачем и кому это нужно/ Кто послал их на смерть недрожавшей рукой...


Оставить комментарий
назад        на главную